Сидя в зале Национального театра и слушая речи учредительного съезда политического объединения Единство/Vienotība, невольно ловил в них отголосок чуждых речей.
Единство/Vienotību часто упрекают, что оно продало страну иностранным кредиторам и что его товарищи, мол, не любят Латвию. Да, не любят. Но – какую Латвию?
Латвию Лембергса, Шлесерса, Шкеле, Ушакова, Урбановича, Жданок и Плинера они, конечно, не любят. Но любят – Латвию Кристовскиса, Аболтини и Пабрикса, ту Латвию, в которой колыбель качала их мать.
Когда-то, еще в 19 веке, русский общественный деятель Владимир Печерин так сказал о своей родине:
Как сладостно отчизну ненавидеть
И жадно ждать ее уничтожения!
И в разрушении отчизны видеть
Всемирную десницу возрождения!
«В этих словах, - писал биограф Печерина Михаил Гершензон, — ключ к пониманию умственного развития российской интеллигенции целой эпохи».
Если бы Владимир Сергеевич Печерин жил в Латвии в наше время, он бы обязательно интегрировался, натурализовался и вступил в политическое объединение Единство/Vienotība. И тогда с полным основанием свои русские строки он мог бы переложить на латышский язык так:
Cik saldi tēvu zemi nolādēt,
Un, tuvinot tās nāvi, laimē diet!
Nē – oligarhiem, krievu pakalpiņiem!
Pazūdi, Dzimtene, kopā ar viņiem!
Pievieno komentāru